Нужная книга о рабочих

Максимов Б.И. Рабочие в реформируемой России. 1990-е — начало 2000-х годов. СПб.: Наука, 2004. – 277 с. [скачать PDF]

Современный рабочий класс в России для многих (в том числе нередко для левых, которые говорят от его имени) нечто вроде такой неведомой земли, terra incognita. То ли его и нет вовсе, то ли есть, но какой-то «не такой», «неправильный», не обладающий должным классовым сознанием. Между тем, вместо того, чтобы сетовать на реальность, гораздо продуктивнее, для начала, изучать её такой, какая она есть, а затем, исходя из полученных знаний, думать о том, как её изменить.

Книга Бориса Ивановича Максимова в этом отношении просто обязательна к прочтению всем, кто хочет понять современное российское общество, и в особенности людям левых взглядов. Несмотря на то, что она издана почти пятнадцать лет назад и посвящена в основном периоду 1990-х годов, её нисколько нельзя назвать устаревшей. Во-первых, потому, что именно тогда, в девяностые, были заложены основы социально-экономического порядка, который господствует в России по сей день. А во-вторых, то, что мы наблюдаем сегодня – новый виток экономического кризиса и антисоциальных реформ, вдохновлённых идеологией гайдарочубайсовщины, – как бы вновь возвращает нас в те самые девяностые, и современные социологи, анализируя настроения в обществе, отмечают их похожесть на «преддефолтное состояние 1998 года».

Читать далее

Сохранить в себе человека

О ДНЕВНИКЕ РАБОЧЕГО ВОЕННЫХ ЛЕТ

Музейная выставка, о которой пойдёт речь, открыта для посещения в Самарском Дворце ветеранов. Главный экспонат выставки – дневник военных лет рабочего моторостроительного завода №24 Филиппа Антоновича Разумцева, который был вместе со своим предприятием эвакуирован в Куйбышев в октябре 1941 года. Дневниковые записи охватывают в основном два первых, самых тяжёлых, года Великой Отечественной войны. Уникальность дневника в особых пояснениях не нуждается: мы имеем редкую возможность увидеть и почувствовать военный Куйбышев, «запасную столицу» СССР, глазами москвича, притом не государственного деятеля, дипломата или писателя, а рядового рабочего, одного из тех десятков тысяч эвакуированных, руками которых ковалась слава промышленной окраины города – легендарной Безымянки. Поэтому документ не только уникальный, но и, в определённом смысле, типичный: это портрет человека, портрет города, портрет эпохи. Попробуем набросать некоторые штрихи к этому портрету.

Страница из дневника Филиппа Разумцева

Читать далее

Дарья Досекина. Течёт река

Рассказ участницы нашего коллектива, написанный по личным впечатлениям от одной из деревень Самарского Заволжья. О природе, истории и людях, о беге воды и беге времени.

Река Большой Кинель

По дну зелёной ароматной реки разрастался мягкий и холодный ил, на мелководье резвились пескарики. На берегах, укрытых зеленью, в прохладной грязи и тине сидели лягушки. Деревья, склонившись под тяжестью густых крон, роняли в воду подсыхающие от жары листья и семена, желая своим потомкам найти такую же плодородную землю, на которой выросли сами, такую же ласковую реку и просторные берега. Возле деревни река немного мелела и начинала торопиться, неся свои прохладные воды людям, а за её пределами снова становилась важной и широкой. Весной заливала окрестности далеко вширь, и уже больше трёх веков до сегодняшнего дня люди славили свою кормилицу за луга с травой по пояс, ягодники и знатную уху.

К удаче местных жителей, о которой они вряд ли задумывались, река была небольшой. Благодаря этому деревеньки и города неподалёку не сумели разрастись, что и спасло эту местность от сильных потрясений во время вечных ураганов человеческого общежития. Здесь жили спокойно, обрабатывая свои огороды и занимаясь мелким промыслом и ремеслом. Растили и кормили детей, а потом провожали сыновей в рекруты, а дочерей – работницами в чужие семьи и деревни. Работали много, но ели все-таки не досыта, потому что всё время нужно было кормить кого-то повыше – «не рука крестьянскому сыну калачи есть». Со всем научили смиряться деревенских жителей, и было им куда принести свое горе –  стояла в деревне церковка. Но были и те, кто тяжесть ноши своей по древнему зову нёс к реке. Топились чаще всего девушки. Сядет на бережок, поговорит с рекой, как с матушкой, ведь родная не вступится, потом камень на шею – никто и поминать не будет. Юношам ещё могло повезти – от томления души можно было убежать и поглядеть, как живут другие. Девушкам оставалось только подводное царство.

Читать далее

Самара в 1918 году. Заметки на полях истории

Открытая лекция кандидата исторических наук Михаила Ицковича о Гражданской войне в Самаре, периоде правления КОМУЧа и роли Чехословацкого легиона. Лекция организована клубом «Неведомая Земля». Самара, 9 июня 2018 года.

Алексей Дорогойченко. Большая Каменка

Дорогойченко А.Я. Большая Каменка. Роман. Куйбышевское книжное издательство, 1978. 272 с. [скачать PDF]

***

Захолустное самарское село Большая Каменка некогда прославилось на весь СССР благодаря своему уроженцу, писателю Алексею Дорогойченко. Его роман «Большая Каменка», изданный в Москве в 1927 году, стал одним из первых в советской литературе романов о крестьянстве в революционные годы. Мы оцифровали это произведение и теперь предлагаем его вниманию наших читателей.

Обложка первого издания «Большой Каменки». Художник Г.М. Шегаль.

Читать далее

Александр Неверов. Марья-большевичка

Продолжаем публиковать произведения Александра Неверова, выдающегося самарского писателя начала ХХ века. Рассказ «Марья-большевичка» (1921) — отличное напоминание о подлинном смысле праздника 8 Марта, о том, как Октябрьская революция помогла трудящейся женщине обрести не только элементарные человеческие и гражданские права, но и чувство собственного достоинства. Разумеется, всё это происходило не сразу и не вдруг и поначалу вызывало массу непонимания, раздражения и насмешек, особенно в деревне.

Печально и постыдно, что век спустя после описываемых событий многие из наших современников по-прежнему свысока смотрят на женскую половину человечества, даром что держат в руках айфон вместо плуга и считают себя неизмеримо выше неграмотных крестьян. Хуже того, нередко и сами женщины принимают навязанную им роль («милые дамы», «хранительницы уюта» и прочие традиционные восьмимартовские благоглупости, за которыми скрывается понятие обслуги, и не более того) и даже гордятся этой ролью. Между тем, никакая успешная борьба за лучшее общество невозможна без отказа от отношения к другому человеку, а равно и к себе самому, как к «говорящему орудию» или «живому товару». Вот о чём стоило бы серьёзно задуматься в день 8 Марта.
Читать далее