Твоя моя не понимай

Недавнее интервью Юрия Норштейна Ксении Собчак – это буквально диалог между людьми из двух разных миров, говорящими на двух разных языках (хотя формально на одном и том же). И даже когда журналистка делает вид, что понимает своего собеседника и сопереживает ему, видно, что их разделяет пропасть. И речь не только о разнице мировоззрений, а о разнице этической, культурной, человеческой.

Интервью говорит само за себя, и единственное, что хотелось бы добавить в качестве комментария, – это рассказать о том сюжете из творчества Антуана де Сент-Экзюпери, который вспомнил Норштейн, когда безуспешно пытался объяснить Ксюше значение понятия «сопричастность». В 1935 году Сент-Экзюпери ехал в международном поезде в Москву в качестве корреспондента одной из парижских газет. Свои впечатления от поездки он изложил в очерке «По пути в Советский Союз», а затем этот фрагмент вошёл в его знаменитую книгу «Планета людей»: Читать далее →

Как живой с живыми говоря

…В курганах книг,
похоронивших стих,
железки строк случайно обнаруживая,
вы
с уважением
ощупывайте их,
как старое,
но грозное оружие.

В начале 1930 года, за несколько месяцев до своего самоубийства, Владимир Маяковский во вступлении к поэме «Во весь голос» пытался представить себе, как будут воспринимать его творчество «товарищи потомки», живущие в коммунистическом будущем. Из нашего сегодняшнего дня легко отнестись к этому с иронией, однако в другом стихотворении поэт предупреждал: «Будущее не придёт само, если не примем мер». Сегодня для того, чтобы всерьёз говорить о вообще хоть каком-либо, даже без эпитетов, будущем, требуется немалая смелость мысли: всё настолько непредсказуемо, что даже на несколько месяцев обычному человеку сложно что-то планировать, и в то же время до ужаса предсказуемо в том смысле, что никакого выбора перед этим обычным человеком как будто и не стоит, кроме более или менее успешного приспособления к реальности, которая формируется не им и не в его интересах, ведь, как известно, «от нас ничего не зависит».

Но речь в данном случае не о будущем, а об отношении к наследию прошлого. Не только к творчеству конкретного поэта, а ко всей многовековой интернациональной традиции, частью которой оно является, – о социальном, культурном, интеллектуальном, политическом, этическом опыте множества людей разных времён и стран, стремившихся менять реальность, а не приспосабливаться к ней. Итогом ХХ века в массовом сознании стало поражение социалистической идеи, которое как будто обнулило весь этот опыт. «Все сто томов моих партийных книжек» считалось нужным как можно скорее выбросить на помойку в прямом и в переносном смысле. Цинизм и презрение к наивным предкам с их наивными мечтами стали хорошим тоном. «Просто отстаньте от меня, дайте мне спокойно жить в моём маленьком мирке, а до большого мира мне и дела нет». На самом деле, такая позиция намного более наивна, чем самые наивные иллюзии предков. Большой мир, хочешь ты этого или не хочешь, с каждым днём всё настойчивее стучится в каждую хату, даже в ту, которая с краю. Волей-неволей возникают вопросы, почему этот большой мир ведёт себя с нами столь грубо и неприветливо.

Поучительная этимология

Задумываться над смыслом слов, которые мы употребляем, очень полезно – это многое расставляет на свои места. Поводом к этому тексту стал частный пример сравнения двух родственных славянских языков – русского и украинского, в котором термин «хозяйство» звучит как «господарство». Ничего не напоминает? Читать далее →

«Служа народу, я служу и самому себе»

Публикуем фрагменты из статьи турецкого поэта и революционера Назыма Хикмета, написанной и опубликованной в 1964 году. Этот текст, прежде всего, – памятник своего времени, отражение спора Хикмета с тем официальным пониманием «социалистического реализма», которое сложилось в СССР в сталинский период. Соцреализм, хотя именовался творческим методом, по факту понимался как определённый стиль в искусстве: чтобы всё было нравоучительно и пафосно, как в классицизме XVIII века, только с иной, идеологически верной, фразеологией, и при этом внешне правдоподобно, как фотография (а всё, что не укладывалось в этот шаблон, осуждалось как формализм или иная ересь). Когда Хикмет в 1951 году поселился в Москве и столкнулся с этим стилем на сценах московских театров, он пришёл в ужас и заявил, что это «мелкобуржуазное, безвкусное искусство» с налётом подхалимства, которое по какому-то недоразумению именует себя реализмом, да ещё и социалистическим. Настоящий социалистический реализм для него – это именно метод, способ, с помощью которого художник-коммунист воспринимает жизнь вокруг себя, руководствуясь своим мировоззрением; но то, как именно, в каких формах он отражает её в своём творчестве, зависит от него самого. И чем разнообразнее эти формы, чем точнее они выражают содержание, тем лучше.

Называя себя поэтом, служащим своему народу и своей партии, Хикмет подчёркивает, что он сам является частью и народа, и партии, его служение им – не прислужничество какой-то внешней по отношению к нему силе, а выражение его собственных взглядов, чувств, гражданской позиции. А своей задачей как поэта он ставит не только распространять идеи партии в народе, но и «открыть перед партией душу народа». Это было невероятно далеко от окриков Хрущёва: «По команде, в ногу, с партией, с народом!» на его встрече с литераторами в 1963 году, от представлений о том, что деятели искусства обязаны служить партии как послушные исполнители воли её руководства, что их задача – «промывать людям мозги» (тоже дословная цитата из речей Хрущёва). Назым Хикмет, который за верность своим убеждениям заплатил долгими годами тюрьмы у себя на родине, в Турции, вполне доказал искренность своих взглядов на роль художника-коммуниста и своей жизнью, и своим творчеством, в том числе написанными уже в СССР пьесами, в которых не боялся ставить острые вопросы и проблемы.

В то же время многие мысли, которые Хикмет высказывает в этом тексте, ценны и сегодня и перекликаются с нашими собственными мыслями:

  • о взаимоотношениях человека, творящего социальное искусство, со своей аудиторией;
  • о необходимости постоянного творческого поиска;
  • о том, что не только можно, но и нужно искать разные формы, подходящие для передачи разного содержания, не абсолютизировать какой-то один жанр, стиль, приём и не зацикливаться на нём;
  • о том, что социальное искусство, чтобы быть по-настоящему живым и полнокровным, должно отражать всю полноту личности творца, а не только его отношение к политике;
  • о важности внимания к наследию разных национальных культур и разных регионов планеты.

Такие мысли выделены нами в тексте курсивом. 

Источник текста: Хикмет Н. О социалистическом реализме и турецкой литературе // Хикмет Н. Избранное. В 2 т. Т.2. М., 1987. С.323-326.

Читать далее →

«Будьте как маяк!»

«Шагаем за Маяковским» – поэтический спектакль молодого самарского театрального коллектив DragLAB. Весь текст спектакля состоит из стихов, но это действительно именно спектакль, а не просто литературно-музыкальная композиция. Тут есть действие – да ещё какое, его нерв захватывает с первых минут и не отпускает до самого финала. И действующие лица тоже есть – каждый из актёров (в том числе девушки) воплощает какую-то одну из граней личности Маяковского.

Читать далее →

Дина Бродская. Марийкино детство

Повесть Дины Леонтьевны Бродской «Марийкино детство» была впервые издана 85 лет назад, а читают её до сих пор (последнее переиздание вышло в этом году). Как можно предположить по содержанию книги, её главная героиня Мария Внукова появилась на свет в Российской империи, в губернском городе Екатеринославе, который сейчас находится на Украине и называется Днепр. Там же в 1909 году родилась и сама Дина Бродская, так что очень многое в повести наверняка взято из её собственной жизни.

Марийка относится к тем, кого в царские времена презрительно именовали «кухаркины дети», причём в самом прямом смысле слова: её мать Поля работает кухаркой в доме состоятельного доктора, и своего жилья у неё нет – живут они с дочерью там же, где и работают, на кухне. Мало того, что дочь прислуги, так ещё незаконнорожденная и сирота: её отец умер за шесть месяцев до её рождения. Отцом был часовой мастер, еврей, поэтому, хотя в книге Поля и мечтала о свадьбе, по законам Российской империи брак между иудеем Соломоном Михельсоном и православной Пелагеей Внуковой был бы невозможен.

В наследство от отца Марийке досталась соответствующая внешность, из-за чего ей приходится регулярно выслушивать обидные дразнилки от дворовых мальчишек. «Почему все над тобой смеются, хотя ты не сделал ничего дурного?» – задаётся вопросом Марийка и жалеет, что она «только наполовину русская». Полукровка, незаконнорожденная, кухаркина дочь. Что ждёт её в жизни? «Кем я буду?» – спрашивает она у мамы. Та сначала не понимает вопроса, а потом сердито отвечает: кухаркой, кем же ещё, в лучшем случае – горничной, а может быть, повезёт выучиться на портниху.

Марийка знает грамоту и любит читать, она перечитала уже все детские книги в крохотной местной библиотеке. Ей очень хотелось бы учиться в гимназии, но она знает, что гимназия не для кухаркиных детей. Туда ходят дочь доктора, дочь жандармского полковника, дочь торговца мехами… Эти девочки никогда не упускают случая показать своё превосходство перед сверстницами из семей бедняков, живущих с ними в одном дворе. И хотя дети разного происхождения общаются и играют друг с другом, социальные перегородки всё время напоминают о себе.

Общественная иерархия выражена очень наглядно: семьи плотников, дворников, прачек и прочих представителей социальных низов обитают в буквальном смысле слова внизу – в подвале дома. Как и Марийка, они с детства трудятся, помогая своим родителям в нелёгкой ежедневной борьбе за кусок хлеба. Они знают, что в будущем им не уготовано ничего иного, кроме того же изнурительного труда и лишений, и мечтают найти где-нибудь клад или кошелёк с деньгами, чтобы разбогатеть – ведь ничего иного, кроме надежды на чудо, не остаётся.

Начавшаяся Первая мировая война ещё ярче подчёркивает разницу между двумя мирами: обитатели верхних этажей горой стоят за «войну до победного конца», однако сами на передовую не торопятся, между тем как на долю «подвальных» достаются ранения и смерти на фронтах и экономические трудности в тылу. Но вот наступает 1917 год, в жизнь детей врываются слова «революция», «большевики»… Читать далее →