Алексей Дорогойченко. Большая Каменка

Дорогойченко А.Я. Большая Каменка. Роман. Куйбышевское книжное издательство, 1978. 272 с. [скачать PDF]

***

Захолустное самарское село Большая Каменка некогда прославилось на весь СССР благодаря своему уроженцу, писателю Алексею Дорогойченко. Его роман «Большая Каменка», изданный в Москве в 1927 году, стал одним из первых в советской литературе романов о крестьянстве в революционные годы. Мы оцифровали это произведение и теперь предлагаем его вниманию наших читателей.

Обложка первого издания «Большой Каменки». Художник Г.М. Шегаль.


Автор романа, ныне почти забытый, в 1920-1930-е годы занимал далеко не последнее место в литературной среде: он стоял у истоков объединения «Кузница», возглавлял Всесоюзное общество крестьянских писателей, а затем Союз писателей Мордовии. Он был представителем целой плеяды писателей «из народа», которые вошли в литературу благодаря Октябрьской революции. В период Гражданской войны Дорогойченко играл заметную роль в политической борьбе в Среднем Поволжье: организовывал Советскую власть в родном селе, был избран губернским комиссаром земледелия и некоторое время руководил всей Самарской губернией, будучи председателем губисполкома (в возрасте 24 лет!). Этот пост он оставил из-за политических разногласий между большевиками и эсерами-максималистами, в ряды которых входил тогда Дорогойченко.

Однако «демократическая» власть Комитета членов Учредительного Собрания (КОМУЧ), пришедшая в Самару на штыках чехословацких легионеров, не стала разбираться в тонкостях и объявила вне закона всех радикальных левых – не только большевиков, но и конфликтовавших с ними эсеров-максималистов, левых эсеров и анархистов. Дорогойченко бросают из тюрьмы в тюрьму (Самара, Бугуруслан, Уфа), затем «поездом смерти» отправляют в Сибирь. Он бежит из поезда, выпрыгивая на ходу из вагона, возвращается в Самару, уже взятую к тому времени красными, и через некоторое время объявляет на страницах местной газеты о переходе в партию большевиков.

Алексей Дорогойченко

Некоторые детали биографии Дорогойченко нашли отражение в образе Санька, главного героя романа «Большая Каменка». «С натуры» написан и его отец, Яков Фёдорович (в книге Потап Митрич) – деревенский книголюб и исследователь, один из застрельщиков революционных преобразований в селе, несмотря на свой почтенный возраст. Между прочим, именно он, как стало известно впоследствии, несколько дней укрывал в своём доме знаменитого писателя и организатора коммунистического чехословацкого отряда Ярослава Гашека, скрывавшегося в Большой Каменке от своих «братьев»-легионеров.

Вообще почти все события романа действительно имели место в жизни, а прототипами всех без исключения персонажей были реальные люди. Документальность – одно из главных достоинств романа «Большая Каменка». В этом можно убедиться, читая сборник «Четыре месяца учредиловщины», изданный под редакцией Дорогойченко в 1919 году в качестве первой попытки восстановить «по горячим следам» период господства КОМУЧа в Самарской губернии. Воспоминания и литературные зарисовки Дорогойченко из этого сборника в несколько изменённом виде вошли в текст романа. История о том, как вели себя в Большой Каменке карательные отряды белочехов и белоказаков, избивших его отца розгами до полусмерти, также была вплоть до деталей проверена автором по показаниям свидетелей.

Иллюстрации к «Большой Каменке». Художник Ю.М. Иванов.

«Большая Каменка» позволяет нам взглянуть на деревню, взбаламученную революцией, глазами не просто свидетеля, а активного участника событий. Его взгляд, конечно, субъективен (а возможно ли вообще писателю быть беспристрастным, особенно в такие эпохи?), но этим-то как раз и ценен намного больше, чем взгляд тех, кто в эпохи ожесточённого социального противостояния претендует на непричастность и смотрит свысока на кипящие страсти. Роман позволяет нам увидеть самого автора и людей, которые наряду с ним творили революцию на необъятных просторах российской провинции, а вместе с тем и их врагов – и именно благодаря этому мы лучше понимаем, почему всё происходило именно так, а не иначе.

Кстати, что касается врагов. Для любителей разрыва шаблонов особо отметим, что в романе весьма любопытно показана послереволюционная судьба «бывших людей». Далеко не все из них погибли от рук чекистов или эмигрировали, многие влились в советскую жизнь – кто-то искренне «перековался», кто-то просто приспособился. В любом случае, на момент написания романа (середина 1920-х годов) они, как показывает Дорогойченко, более уверенно стоят на ногах, чем некоторые революционеры, выбитые из колеи объявлением нэпа. Так что роман не только о революции и Гражданской войне, но ещё и о том, как осуществлялся выход из Гражданской войны – не путём поголовного уничтожения проигравшей стороны, а путём тяжёлого, но необходимого социального компромисса, несмотря на все возможные срывы и обоюдную жажду возмездия.

Хотя политические симпатии автора вполне понятны, его роман не похож на дешёвую агитку, где все классовые враги сплошь злодеи, а революционеры наделены всеми возможными добродетелями. Нет, он показывает живых людей (как уже указывалось, людей не вымышленных, а знакомых ему лично), у каждого из которых свои мотивы, свой характер, а кроме того, они способны меняться и нередко меняются под воздействием обстоятельств.

Вообще людей, которые имеют до конца продуманные убеждения и чётко понимают свои классовые интересы, среди действующих лиц романа не так уж много. Большинство крестьян «плывут по течению» и действуют ситуативно. Это соотносится с выводом Дорогойченко, к которому он пришёл ещё в 1919 году, о том, что «невежественное, неорганизованное и аполитичное» крестьянство оказалось неподготовленным к революции. Вывод может показаться парадоксальным и спорным, но Дорогойченко, сам крестьянин, знавший родную среду «от и до», наверное, имел право так сказать. В «Большой Каменке» он показывает, что за желание остаться «вне политики» в революционную эпоху приходится очень дорого платить – как заплатило поволжское крестьянство в 1918 году, когда сначала встретило благодушным нейтралитетом свержение Советской власти, а затем взвыло от чешских шомполов и казачьих нагаек.

Очень часто Дорогойченко даёт слово не отдельным персонажам, а обобщённому «гласу народа» – шумной сельской сходке, на которой каждый горланит своё, но всё равно вырисовывается некая общая линия. И по тому, как меняется эта линия, можно судить о смене общественных настроений и даже мировоззрения «среднего», в статистическом и в имущественном смысле слова, крестьянина. Дорогойченко показывает революцию и контрреволюцию «на микроуровне»,  действие романа практически не выходит за пределы села, лишь пару раз переносится в уездный город (в данном случае Самару). Это позволяет наглядно увидеть и пресловутую роль личности в истории. Отношение крестьян к происходящему определяется зачастую не тем, какой декрет или директиву приняли «наверху», но тем, как эти решения «верхов» реализуются на практике, в конкретных условиях конкретного села, и здесь как раз очень многое зависит от исполнителей – от их морального авторитета, знания местных условий и прочих личных качеств.

Причём это касается не только политических и экономических вопросов. Не менее острое противостояние разворачивается в послереволюционной деревне вокруг темы «нового быта». Может ли, например, парень бить «свою» девушку? Казалось бы, мелочь на фоне грандиозных проблем революционной эпохи, да и вообще, для старой деревни здесь и сомнения никакого не могло быть – «мужик всегда прав». А вот оказывается, что именно конфликт вокруг этой «мелочи» вызывает размежевание среди молодёжи и в итоге помогает встать на ноги местной комсомольской ячейке.

Иллюстрации к «Большой Каменке». Художник Ю.М. Иванов.

В романе Дорогойченко хорошо показано, что успех «культурной революции» в деревне 1920-х годов обеспечивался отнюдь не насаждением прогрессивных ценностей «сверху», а повседневной борьбой за культурную гегемонию, по терминологии Антонио Грамши, – борьбой, которую вели местные коммунисты на локальном уровне, в каждом селе и в каждой отдельной семье, показывая собственным примером, что можно и нужно жить по-другому. Сегодня, сто лет спустя, когда «старый быт» берёт реванш вместе с «Россией, которую мы потеряли», роман «Большая Каменка» может помочь оценить по достоинству социальное и политическое значение подобных бытовых «мелочей», из которых и складывались завоевания революции, а заодно и поучиться у деревенских активистов 1920-х годов приёмам и методам ведения «культурной войны» во враждебной среде.

Деревенская жизнь в романе изображена со всеми её прелестями в кавычках и без кавычек – глазами человека, любящего свою малую родину, но хорошо знающего все её тёмные стороны. В атмосферу этой жизни погружаешься буквально с первых строк. Особый колорит и без того сочному и самобытному языку романа придаёт вплетение в текст мордовских слов и выражений, в соответствии со смешанным национальным составом села Большая Каменка (сам Дорогойченко – мордвин-эрзя, который внёс немалый вклад в развитие своей национальной культуры).  В общем, рекомендуем этот роман к прочтению всем, кто ценит подлинно народную историю и подлинно народную литературу.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


*

Анти-спам: выполните заданиеWordPress CAPTCHA